И ЕЩЁ ПРО МУСОР

Я только приехала в Марсель. По французски я тогда не говорила. Жили мы в спальном буржуйском районе с двухэтажными домиками, с бассейнами и садиками. Все друг друга знают, все здороваются и говорят одно и то же. Я эти фразы выучила, благо их повторяют всё время, и притворялась говорящей по-французски. Взяла я мешок с мусором и понесла его к мусорке. Выходит сосед, улыбается и говорит мне что-то. А я ему отвечаю: «Спасибо, хорошо. А как Вы поживаете? А как здоровье мадам?...» Он продолжает улыбаться и повторяет: «Partez ! Partez ! » Я говорю: «Да-да, спасибо». Подъезжает Луй (мой тогдашний муж), я сажусь в машину. Луй спрашивает, о чём это я разговаривала с соседом. Я ответила, что он такой любезный, всё о здоровье расспрашивал. Только я не поняла, что такое «Partez». Луй стал так смеятся, что даже остановил машину. Выяснилось, что в каждом таком райончике своя мусорка. Каждый должен чистить мусорный закуток с контейнерами по очереди. Сосед решил, что я нагло пришла из соседнего райончика, и стал меня прогонять. Человек он был вежливый, поэтому, повторяя «Уходите! Уходите!», улыбался.

Сосед этот был туг на ухо, а его соседка (кокетливая толстая накрашенная старушка в мини юбке) тоже была глуха. Когда они разговаривали, то есть кричали, вся округа была в курсе. Как-то утром на нашей тихой улице поднялся страшный шум. Мужик вёл ослов (штук пять шесть, стадо или табун – не знаю, слаба я в животноводстве). Шёл он и покрикивал на безответных тварей. Вышел этот мой сосед и закричал, что ослов тут водить не положено, что они гадят повсюду, а кто убирать будет. Мужик в ответ смачно возразил. Тут вышла его глухая подружка и тоже стала кричать за компанию. У ослов нервы такого гвалта не вынесли, они заревели и к тому же заупрямились. Дети проснулись, вышли на улицу и стали громко плакать. Их мамы из-за этого тоже вышли и пытались успокоить своих детей, а чтобы всех перекричать кричали ещё громче. Образовалась пробка, потому что водители сигналили и выражали протест по – своему, по-марсельски (город портовый, они в этом особо сильны), собаки лаяли, полицейские свистели. Каждый воспользовался случаем, чтобы самовыразиться во всей полноте. Вот такая история.