Коллективный РОМАН



ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СЛОВО


Уважаемые читатели, представляю вашему вниманию наш коллективный продукт, который является шедевральным синтезом мыльных опер и фантастики, поэзии и эзотерики и чёрт его знает чего ещё.

Предупреждение:
1.Ни в коем случае не искать логики повествования и не стараться досконально разобраться во всех перипетиях романа, как и блога в целом. Риск подвинуться разумом с теми, с кем этого ещё не произошло,  велик.
2.В случае впадения в транс и неконтролируемый перенос в другие реальности ни в коем случае не обращаться к психиатрам.
Во-первых, если от любви к ненависти один шаг, так и переход психиатра из врачей в пациенты (активных в пассивных) совершится мгновенно (быстрее, чем обычно). Именно в таком направлении, никак не в обратном.
Во-вторых вы рискуете заразить других обитателей специальных заведений.
3.При чтении данного шедевра избегать контакта с режущими и колющими инструментами, взрывными и легковоспламеняющимися механизмами и субстанциями.
4.Не садиться за руль в течнии 24-ёх часов по прочтении.
5.Избегать контакта с домочадцами и прочими окружающими вас животными.
6.Воздержаться от питья любого жидкого и полужидкого продукта.

Инструкция по применению:
1.Приступать к чтению исключительно в расслабленном состоянии.
2.Читать сначала до конца.
3.Читать с конца до начала.
4. Читать залпом.
5. Читать фрагментами.
6.Сочетать все вышеперечисленные методы по вашему усмотрению.

Внимание! Роман не закончен и не начат. То есть вам предоставляется полный простор деятельности. Можете присылать продолжение или начало, или середину, которые вам подскажет ваш яркий писательский талант.

Итак, вот что вышло.

ПОЭТИЧЕСКАЯ ВСТАВКА С РОМАНУ
Как сказал величайший поэт современности ЖАН:


Абстракция,
Он словно впал в нирвану,
душа и тело порознь, на краткий миг,
казалось сидевшим рядом,
а сверху запах вечности парил,
и он делил что было с ним,
а будет что, он точно цели изменил...
В трех гранях отражение,
он словно сканер,
трехмерное анализирует строение,
в трех разных ракурсах
просматривая движение,
вперед, назад, вдруг отступление,
ему не ведома еще та грань,
где миражи, а где виденье..
Так глубоко, что видима душа,
так глубоко, но страх пылает,
так глубоко а холод удручает,
так глубоко, но предо мной глаза,
они всё знают...

Так в нескольких прекрасных строках, поэт мягко и ненавязчиво  вскрывает суть  романа.


Жованна, прелестная девушка в зелёном платье, которое так идёт к её очаровательным глазам и подчёркивает хрупкость её
стройной фигурки с пышной и крепкой ещё грудью, с каскадом вьющихся золотистых волос, подчёркивающим юность и детскую неловкость, вбегает в комнату. Пекрасные голубые (а не банальные карие какие-нибудь) глаза её, выгодно оттеняемые чёрным в серую полоску шарфиком, полны лучезарного ума и отражают всё мужество и честность её души. Антуан поворачивается к ней. Взгляд его, обращённый к ней, полон невысказанной муки и тоски в сочетании с глубокой и искренней любовью,  а   не грустными воспоминаниями о вчерашнем ужине, который он с таким трудом переваривал всю ночь и следующее утро (см.рецепт «супа о писту»).
- Жованна, – говорит он дрогнувшим от чувств, охватившим его при ей появлении голосом. Он вообще такой сентиментальный и романтичный, что голос у него дрожит всегда, как и все члены его мускулистого и накаченного тела.
- Любишь ли ты его?
В Жованне борются противоречивые чувства. Она обожает Антуана, но в то же время боготворит Максима. Антуан так прекрасен в своей искренности и галантности. Максим же очень умён и сдержан, но за этой его сдержанностью проглядывает нежная ранимая душа загнанного зверя. Жованне невыносимо тяжело, она так исстрадалась, о чём свидетельствуют чёрные круги под глазами и томная бледность её осунувшегося личика (как после потребления «Чили кон карне»).
- О! Антуан, – говорит она задыхаясь от любви и страсти.
Антуан набрасывается на неё, не в силах сдержать любовь, извергающуюся из недр его души с жаром и ознобом, и сжимает её сильно и нежно трепетной и уверенной мужской рукой. Он чувствует биение её сердца.
- О нет, – говорит она, но тело её кричит: «Да, возьми меня немедленно, пока я не умерла от любви».
Невероятным усилием воли он отстраняется от неё и говорит глухим голосом, полным затаённой муки:
- Уйди. Я не в силах совладать собой.
- Ты гонишь меня?- кричит в отчаянии Жованна. Плечи её сотрясаются от рыданий.      
- Тогда я уйду к Максиму.
- Ты ничего не понимаешь - говорит ей Антуан.
- Я не могу открыть тебе эту страшную тайну, которая связывает меня с Маргаритой. Когда-нибудь ты всё узнаешь.
- Ты мой, Антуан. Ты только мой, любовь моя. Лишь смерть в силах разлучить нас, - заходится в рыданиях Жованна.
- Я покидаю тебя навсегда. Долг меня обязывает, Жованна! – говорит побледневший Антуан. Лоб его покрыт испариной. О глубине его чувств свидетельствует краснота лица и обильное слюноотделение. 


Всего двадцать лет назад, когда Пьер сидел в своём поместье перед телевизором и потягивал душистый и крепкий Бурбон,
перебирая в памяти счастливые и такие быстротечные дни, проведённые с незабвенной, вечнолюбимой Луизой, плодом и
свидетельством которых был Жоффрей, слушая завывания ветра в тёпло натопленном камине, вдруг услышал настойчивый стук.
- Жан, кто это? – спросил он камердинера.
Жан не отвтил. Раздался только мякий стук его головы о ковёр прихожей. Жан был без сознания, которое и раньше почти всегда у него отсутствовало. Рядом лежал свёрток с запиской. Пьер нагнулся и обомлел. Это было крохотное ангельское создание, которое смотрело на него своими громадными и наивными глазами, и вдруг, протянув пухлые розовые ручки, произнесло:
- Папа! - слово, которое он мечтал услышать вот уже тридцать последних лет своей короткой и такой незаслуженно горестной жизни. Он развернул душистую записку, в которой изысканным аристократическим почерком было написано: «Моё сердце разрывается от боли, но у меня нет другого выхода. Доверяю Вам самое дорогое мне существо. Она будет счастлива с Вами. Позаботьтесь о ней.»
И вот, двадцать лет пролетели незаметно.

Отступление от редактора:
Читатель, если Вы запутались во всех этих персонажах, считаю нужным оговорить тот факт, что история эта имеет место быть на другой планете. На этой планете для размножения надо не два индвидуума разных полов, а три. Идею этого фантастического произведения я позаимствовала у Рея Бредбери. У него, правда их было 7, а у седьмых были чудесные шкурки, в чём и заключалась вся трагедия их нации, так как земляне уничтожали седьмых из-за их шкурок. Итак, будем соображать на троих, по нашему исконному обычаю.


- Черт!! опять пылесосить - выругался Пьер. Приступы обморока приводили Жана в состояние гибернации, из-за чего у старого робота моментально садились батареи, и он рассыпался в пыль. Пьер раздраженно дернул плечом, из-за чего с уха слетел универсальный переводчик. Но ни непонятная теперь болтовня из телевизора, ни то, что на восстановление Жана уйдет два часа, не испортило настроения Пьеру. Он был рад теперь уже нормальному и так понятному бульканью и мурлыканью малыша, намертво прицепившегося к Пьеру присосками, и задорно посматривающего на него тремя глазами.....

ТРЕТЬЯ ЧАСТЬ НАРОДНОГО РОМАНА "СТРАШНАЯ ТАЙНА ИССТРАДАВШЕЙСЯ ДУШИ"
Вступление.
Уважаемый читатель (начала я ворчливо), я специально пояснила и не один раз, что вторая часть романа начинается с абзаца "Чёрт, опять пылесосить...". Следовательно, надо было сначала ознакомиться с первой частью. Большинство из вас меня целиком не читают. Я к такому несправедливому отношению к моим гениальностям уже привыкла. Подозреваю, что вы засыпаете уже на первых предложениях. Поэтому другие мои повествования, как вы заметили, более или менее лаконичны. Этот же роман пишется для тех, у кого запущенная форма бессонницы, или кто имеет привычку читать урывками, клюя носом в промежутке. Как я поняла, почти никто не удосужился заглянуть в первую часть. Пришлось мне облегчить вашу участь и слепить две части вместе. Третью часть я публикую отдельно. Значит, надо сначала читать предыдущие части, а лишь потом переходить к нижеследующей. Иначе мне придётся объединить все части в следующем посте.
В ожидании ваших вариантов, я сама публикую третью часть. Повторяю, роман пишем все вместе, дабы разделить ответственность за его влияние на вашу психику.

Итак, третья часть


Взгляд его смягчился ещё больше, когда в самой глубине третьего глаза такого тёплого и уже ставшего родным, существа, он разглядел нечто смутно знакомое и давно позабытое. Он напрягся, пытаясь вспомнить. Потом он расслабился, и воспоминания сладостным и благотворным потоком хлынули в одно из его сердец. В то, которое отвечало за левое, полушарие его единственного полузасохшего мозга. При этом чудесном процессе перед его глазами сменялись прекрасные картины его детства. Семь глаз, полных неизбывной любви, устремлённых на него всех трёх его столь обожаемых  родителей, тепло их присосок и щупалец, обвивающих столь нежно и плотно его хрупкие нежные совсем ещё фиолетовые тельца. Этот незабываемый миг острого наслаждения пронзил вновь Пьера. Да, определённо это мой ребёнок. Он стал внимательно всматриваться в два остальных глаза.

(Дорогие читатели, мои взывания дали чудесный плод. Наш величайший романописец эпохи Александр Васильев великодушно предоставляет вашему вниманию дополнение к третьей части. Читайте и наслаждайтесь.)


Тусклый свет, давно не мытые стены, покрытые какими-то белыми прямоугольниками. В ближней к органам зрения части тела что-то пульсировало и этот факт сыграл определяющую роль в начале процесса самоидентификации - сознанию удалось зацепиться за что-то реальное, потому как остальных зон организма не чувствовалось вообще. 
- Как Вы думаете, товарищ Елена Львовна - раздалось резко от внезапно появившегося на фоне стены темного пятна 
- Ваша процедура помогла? 
- Не знаю, товарищ нарком, сложно сказать - мелодично пропело от пятна поменьше - обычно после лоботомии пациенты долго приходят в себя. 
- Товарищ Елена Львовна, это приказ оттуда, проект "Максим" не должен прерываться, форсируйте период восстановления любыми, я повторяю - любыми средствами!!! Грязно-белые прямоугольники стен завертелись в калейдоскопе и пульсирующая зона организма взорвалась невыносимым громом: - ПАПА!!!

Дорогие читатели, публикую усовершенствованный Александром Васильевым вариант романа. Надеюсь, что Александр и вы все внесёте ещё свою лепту в наше великое общее дело написания мирового шедевра, равного которому человечество ещё не знало.



ЧЕТВЁРТАЯ ЧАСТЬ "СТРАШНОЙ ТАЙНЫ..."


Прекрасные дамы и благородные кавалеры, трясущимися от восторга пальцами, головой и остальными членами моего существа, капая от возбуждения слюной на клавиатуру многострадального компа, предоставляю вашему вниманию очередную часть народного шедевра.

Да не иссякнут вдохновение и талант нашего любимого и гениального Александра Васильева!!! Да продлятся дни сего романа до его полного триумфа, да подключатся к нашему романотворчеству другие таланты!

Итак, четвёртая часть романа. Автор - Александр Васильев. (Да увековечится благословенное имя его отныне и во веки веков! Аминь!)
Поприветствуем!


- Достаточно, вырубайте все! Глядя через экран телевизора на Пьера и повисшего на нем морфа, Слуцкий изрек:
- говорил я, что надо скидки давать на имплантированные переводчики. А вы – нет, нет, вот вам и нет.
- Шеф, мы идентифицировали стелс-провайдера – изрек Первый ассистент!
- И без вас вижу – буркнул Слуцкий – Не хрена было экономить на инфо-пакетах!! Инвестировать в клиентоориентированность надо, а не жить сегодняшним днем, учредители х..ы – уже тише, чтобы никто не услышал добавил он. 
Надо было что-то срочно предпринимать, потому что малоизученный стелс-провайдер в этот момент впрыскивал в Пьера адаптант, отбросив в сторону гарнитуру универсального переводчика, а дистанционно-управляемый дворецкий в этот момент был разрушен и помочь ничем не мог. Только картинка из зазеркалья телевизора и все.
- Вот, блин, технологии – прошипел Шеф.
- Так, по коням, едем!!!
– Оператор, выключай эту «клюкву», абонент не доступен, один хрен.
Оператор щелкнул тумблером, и в этот момент произошло несколько событий: Жованна и Антуан застыли серыми сломанными куклами, только пот и слезы оказались реальными и медленно испарялись; стелс-провайдер получил сигнал тревоги, Пьер – дозу релаксанта. Трехнедельный зародыш ощутил теплую ударную волну внутри дежурившей этой ночью санитарки, но она ничего не почувствовала, потому как спала после смены на заводе.


АЛЬТЕРНАТИВНАЯ ЧЕТВЁРТАЯ ЧАСТЬ "СТРАШНОЙ ТАЙНЫ ИССТРАДАВШЕЙСЯ ДУШИ"

Дорогие читатели, знаю, мы все заждались продолжения. Наконец, наш гениальныйАлександр Васильев породил продолжение мирового народного шедевра «Страшной тайны исстрадавшейся души».


Внесу пожалуй ясность –
я на подхвате
и как всегда альтернативы ради
ёу!! :)


Дубль два :) Он был в аду. Страшный грохот разрывал его на части. Через некоторое время в своих ощущениях боли и страха он уловил некую цикличность, еле заметную смену состояний. Ритм, очень медленный,но все-таки ритм, дающий возможность зацепиться, сфокусироваться на нем. Ему стало немного спокойнее, ужас и глухота, поражавшие все его клетки подчинились ритму. Он понял, что грохочущая темнота не однородна, повел головой в сторону нового ощущения и увидел свет. Источник света был яркий и круглый. Его пересекали несколько постоянно вибрирующих и искривляющихся туго скрученных в спирали светящихся тросов. Он понял, что ритм как-то связан со всем этим, но тут его внимание привлек далекий, вторящий окружающему его грохоту, но хорошо различимый звон. Через какое-то время он уловил систему и начал различать очень медленные слова: "ВОЛК И ЗАЯЦ, ТИГРЫ В КЛЕТКЕ - ВСЕ ОНИ МАРИОНЕТКИ" Нарком открыл глаза. Тело болело от напряжения, каждую секунду ожидая нового звукового удара.
Черная луна репродуктора в обшарпанном с подтеками углу успокоила его. Здесь было не страшно - Слава Вождю, это был сон. И, напевая про зайцев и волков, он встал...

Александр Васильев


ПРОДОЛЖЕНИЕ ШЕДЕВРА "СТРАШНАЯ ТАЙНА....."

- Контракт есть контракт - грустно думалось Луизе. Несмотря на то, что Жованна была обесточена, а группа во главе со Слуцким ускакала на ЧП, рабочий день Луизы не был закончен, и никто никуда ее не отпускал. Положенный обеденный перерерыв уже был использован, а до кофе-брейка было еще около часа и столько же до окончания рабочего дня. Вот и приходилось торчать в обездвиженной кукле и созерцать утонченные черты Антуана. Он тоже стоял совершенно недвижим в нелепой позе страсти - мертвая кукла с растопыренными пальцами, искривленным ртом и выкаченными глазами, периодически мерцавшими красным светом, отражая частоту аварийного освещения в студии. 
- Жуть какая, а ведь там тоже застрял кто-то из аутсорсеров, может быть даже иностранец, а может и негр вообще или женщина - думалось Луизе в этот момент. 
- Даже глаза не повернуть, вот досада. 
Интересно, о чем думает тот, кто подключен к Антуану, наверное, как и я пытается понять, кто внутри Жованны, кто ей управляет. Аутсорсеры никогда не видели друг друга - за одну сцену внутри куклы. Шеф мог поменять нескольких исполнителей.Таким образом он решал проблему конкуренции и любимчиков. Только в одном можно быть уверенной, что это точно был живой человек, синтетиков и роботов не допускали к управлению куклами - да они и не справились бы. 
- И чего они так всполошились, куда рванули все. Странно все это.


ПРОДОЛЖЕНИЕ "СТРАШНОЙ ТАЙНЫ..."


Дамы и Господа, поприветствуем нашего гениальнейшего Александра Васильева стоя и бурными овациями, переходящими в истерию.! Когда-то давно, еще до Глобального Системного Апгрейда, в простонародии "Большого АПА" или просто "АПА", Жан работал простым
смотрителем в метро. Его задача "Динамический мониторинг коммуникационных цепей", на деле сводилась к простому наблюдению за проносящимися за окном вагона метро кабелями. Осознавать это "простое" и вообще свое назначение Жан начал незадолго до первых проявлений АПА, тогда многие железно-синтетические болванки начали потихоньку приходить в себя. Случилось это неожиданно. Жан вдруг понял, что он Жан и что он смотрит. Т.е. какая-то часть Жана продолжала сканировать проносящиеся мимо разветвления
кабелей, но другая часть Жана абстрагировалась и увидела вагон, людей и себя. Увиденное призрачно накладывалось на
проносящиеся мимо кабели. Жан только потом, научившись крутить головой благодаря АПУ, узнал, что это было отражение в стекле двери вагона, и что на самом деле все выглядит еще интереснее. Но пока он просто стал видеть и слышать. Он слышал постоянный, местами ритмичный шум, порой перерастающий в негромкий вой на разные голоса. Он видел как серые кабели на темной стене бегут рядом с ним, сливаются в единые жгуты, разделяются и иногда уходят навсегда наверх или вниз. В какой-то момент шум, вой и
визуализация слились в Жане в единую музыку. Через некоторое время к музыке откуда ни возьмись привязались слова "ЖИЗНЬ НЕВОЗМОЖНО ПОВЕРНУТЬ НАЗАД И ВРЕМЯ НИ НА МИГ НЕ ОСТАНОВИШЬ" все это зациклилось, и в таком медитативном состоянии Жан
пребывал еще несколько лет до Большого АПА.

ОЧЕРЕДНОЙ ОТРЫВОК РОМАНА

Пьер с облегчением увидел, что Жан приходит в себя. Старый верный Жан поднялся с кряхтением. Чувство долга было для него превыше всего, что он доказал в течение долгих лет безупречной службы Жану. Он ринулся пошатываясь на кухню. Малыш, должно быть, изрядно проголодался. Пока он размешивал смесь нитратов, фекулянтов, борной кислоты и гербицидов с дефолиантами, столь необходимых растущему организму, смутная догадка зародилась и стала расти в нём, несмотря на его попытки отогнать их. Тут его осенило со всей очевидностью, где он видел один из трёх глаз столь очаровательной и своеобразной кругло-квадратно-треугольной
формы. Вид зелёной пяточки правого щупальца малыша подтвердили его догадку, которая пронзила его сердце сладостной болью. «Луиза или Жованна» - произнёс он громко дрожащими от волнения губами столь сладостные звуки дорогих для него имён.


НОВАЯ ГЛАВА РОМАНА "СТРАШНАЯ ТАЙНА...." - "ЛУИЗА И ГРУЗОВИК"
Введение:
У меня была знакомая московская девочка, которую звали Гюльчитай. Изначально её звали Юля. Так как она не любила читать, ей всё время говорили: «Юль, читай!»


Вот так сюрприз,
по мне пронесся пан маркиз,
на танке от кутюр,
ему видать уж зачесалось,
меня хоть чем-то удивить,
что удивил, то удивил,
но блин он чуть же не убил,
свою теперешню жену...

ЖАН


Луиза -  очень худенькая марсианка (на 1м68  44-46кг чистого веса). После каждого принятия пищи она под строгим взглядом своей марсианской матушки давилась высококалорийным нитроглицерином, намазанным толстым слоем на жирный кусок сульфатистого калия и запивала сладкой винильхлоридкой. После этого она ложилась на диванчик, чтоб «жирок завязался». Так за все годы она не прибавила ни грамма к 46 кг. Это очень важная деталь, как Вы увидите из дальнейшего повестования, если у Вас хватит сил
продолжить чтение.
Однажды Луиза переходила обычную марсианскую дорогу с левосторонним движением, почти как у землян, по всем правилам на переходе. Она смотрела всеми своими четырьмя глазами налево. В это время грузовик с прицепом, груженный металлоломом, который стоял у обочины за её спиной, дал задний ход. Луиза неожиданно оказалась под прицепом. Инстинктивно уютно сгруппировавшись между задними колёсами и прижав сумочку к трём грудям, она наблюдала как два колеса тяжело проехали по её стройным задним конечностям. Прохожие марсиане засуетились и раскричались, благодаря чему водитель остановился. Рядом оказался танцор марсианского балета. Ведомственный театральный дом находился в этом районе. Был танцор божественно прекрасен. Он вытянул Луизу из под грузовика и красиво профессионально понёс на руках к Луизиному дому, расставляя носки врозь под углом 120°. Двери открыла марсианская матушка. Принц сказал: «Госпожа тётушка, Ваша дочь попала под грузовик.» Матушка ответила: «Нет». Принц повторил свою фразу несколько раз. Только после этого дама посторонилась, и он внёс Луизу в дом и осторожно положил на диван. У Луизы не было ни единого синяка или царапинки. Только колготы порвались почему-то. Симпатичный неженатый врач из хорошей марсианской семьи (Луиза была на выданьи и её оперативная матушка сделала всё, чтобы эта встреча случайно состоялась) изучал рентгеновские снимки задних щупалец и присосок и поражался Луизиной невероятной удачливости.

ТРАГИЧЕСКАЯ УЧАСТЬ ЖОВАННЫ


Нет эмоции не проявляются словами,
предательски их жесты выдавали,
когда они играли беззвучно,
но все и так все понимали,
они ведь гениально исполняли,
свои поставленные роли...
Жан


В моём воспоминании об опыте работы в иранском посольстве (см. "Из анналов мировой дипломатии") есть следующая выдержка: "Опять же для консульского отдела перевод показаний обвиняемых в изнасиловании и убийстве гражданки такой-то. «Сидим мы с Али вечером, смотрим телевизор и пьём чай. Врывается к нам эта гражданка, которую мы ранее никогда не встречали, подбегает к окну и выпрыгивает из него. А почему на трупе не было трусов, мы не в курсе, наверное кто-то их украл». Так и представляю себе
вора, который, потирая руки и озираясь, подкрадывается к трупу и крадёт трусы, и потом, запершись в своей воровской каморке, раскладывает их и любуется, счастливый. Как Гульсарапа с рукописями".


Эта мрачная заметка вызвала у меня такую картину, которую можно будет сунуть в роман куда-нибудь. Это уж вам решать.  Фильм в стиле ретро – чёрно-белый, немой. Люди тогда были очень активны и выразительны, если судить о них по этим фильмам. Макияжем они пользовались сверх меры. Даже мужчины. Вы обратили внимание, как они суетливо бегали под фальшивую игру тапёра на разбитом пианино? Всё потому, что дышали чистым воздухом, ели хорошую пищу и пили, соответственно, незагрязнённую воду. Вообще в природе есть такая закономерность, чем меньше живое существо (насекомые по сравнению со слонами), тем оно активнее, тем меньше у него продолжительность жизни. Раньше люди вроде бы в среднем были меньше нас, жизнь статистически тоже была короче. Так вот, перенесёмся в ту эпоху. Два элегантных усатых джентельмена в котелках, жилетах и сюртуках сидят, положив нога на ногу и пьют чай. Беседуют они о высоких материях: о поэзии, философии и женщинах. Тут вдруг дверь распахивается, и в комнату вбегает прекрасная незнакомка. По её сильно накрашенному выразительному лицу видно, что она в отчаянии. Она распахивает окно и с криком: «Антуан!» выбрасывается из оного. Джентельмены продолжают пить чай, не прерывая занимательной беседы. В это время по улице одёт вор. Он тоже в котелке, в клетчатых штанах и жёлтых лакированных ботинках с пуговицами. (Фильм чёрно-белый, но ботинки точно - жёлтые). Он идёт свей крадущейся походкой, оглядываясь по сторонам. Как только он видит полицейского, он сразу же засовывает руки в карманы и идёт насвистывая, как ни в чём небывало. Тут он слышит стук выпавшего из окна прекрасного тела прекрасной незнакомки. Ноздри у него начинают хищно и алчно раздуваться, как от ощущения запаха
крови. Он хихикает и потирает руки. Подбегает к телу, жестом фокусника заполучает трусы, суёт их за пазуху прямо к своему
воровскому сердцу. Бежит, горя нетерпением, в свою воровскую лачугу. Заходит в неё. Оглядываясь запирает дверь и вытаскивает своё сокровище. Открывает сундук, а у него там целая гора подобных краденых предметов интимного туалета. Вор их раскладывает и так и этак, сладострастно рассматривает, поднося к носу и скашивая глаза, отодвигая подальше и любуясь издали. Сначала он кладёт свою последнюю кражу в сундук и закрывает его. Потом он не выдерживает, вынимает последнее приобретение и засыпает со счастливой улыбкой, прижимая его к воровскому сердцу.



ИСТОРИЯ ЖУЙДИ....ИЛИ КАК КОРАБЛЬ НАЗОВЁШЬ...

Вот досада,
снова, не повезло мне,
ухватится за этого косого,
какой бы не был,
а все же муженек,
но нет же,
бросился зараза на утек,
видать он испугался,
что я его в постели задушу...

Жан


Дамы и господа, вытаскивайте свои носовые платки, перлы и бриллианты из бездонной шкатулочки Татьяны Васильевой, цветы из волшебных садов Пелагеи. Гении настроили свои арфы. Певцы откашлялись. По взмаху моей руки, все дружно: Три – четыре!


Гениальнейший поэт и прозаик блогоэпохи, ныне великолепная мать, жена и хозяйка, а в прошлом талантливейший юрист Оля - OlenkaFotiou осчастливила всё прогрессивное блогочеловечество очередной главой народного блогошедевра. (Слышите мои торжественные интонации Левитана, прерываемые всхлипами, переходящими в хрюканье?).

Правила безопасности: при чтении этого шедевра, держитесь подальше от клавиатуры и всех электрических механизмов, дабы не залить их обильными слезами. Двери и окна плотно закрыть, чтобы не напугать соседей и домочадцев неудержимыми приступами эмоций.


"Сколько можно? Все лучшее достается ...Луизам...Жанеттам...Жоржеттам"- с грустью думала Жуйди, подсматривая левым синим глазом в замочную скважину из соседней комнаты, и одновременно сурьмя правый зеленый глаз... "Опять этой худышке повезло... и конечности целы, и Прынц на руках приволок",- негодовала она, обильно смазывая кусок гудрона машинным маслом... "Худеть хочеЦЦа...кушать хочеЦЦа" - вечная дилемма дамы с весомыми достоинствами... Следует заметить, что Жуйди, в отличии от анороксичниой кузины Луизы, была дамой весьма корпулентной, и этим очень гордилась... Во всяком случае, подобные мысли она телепатировала окружаающим (у Жуйди выраженный финский акцент. Прим. Додо)... Никто даже и не догадывался, какие революционные бури происходили внутри её упитанного тела... Разве кому-то досуг заглянуть вовнутрь? Некогда... своих проблем не счесть... А ведь иногда внешность бывает обманчивой, и за внушительной площадью с присосками скрывается очень нежное и ранимое зеленое сердце... Но даже такое доброе сердце черствеет и покрывается фиолетовой коростой из-за недостатка чуЙств и
внимания извне... И, тогда, наружу прорываются огромные радужные и неконтролируемые всплески неизвесной субстанции... Эх, прилетел бы Прынц на юлЕ и направил бы эти всплески в нужное русло... Ан, нет..." По странному закону гравитационной подлости, Прынцам на звездном пути попадаются, исключительно "луизы"... И кто сказал, что любят пухленьких, если женятся на худышках?..." - думала Жуйди... Вы заметили, что эта девушка была неординарна не только своими формами? Нет? Тогда, вы, видимо, забыли, что обычно жители этой планеты имели две пары глаз, а Жуйди только одну... Бабушка Чарлиз уже много раз рассказывала Жуйди одну из семейных легенд: "Много-много лет тому назад на нашей планете потерпела крушение одна юла с другой планеты ...Имя у нее было странное "Земля-грунт"... Все члены экипажа погибли за исключением одного синеокого красавца... Его нашла недалеко от юлы молодая и симпатичная девушка Лолита - бабушка Чарлиз... Между ними завязался роман..." И, почему-то на этом месте Чарлиз, всегда ссылаясь на неотложенные дела, телепортировалась вовсояси...


ИСТОРИЯ ПОЯВЛЕНИЯ ОДНОЙ ВЕЩИЦЫ (ПРОДОЛЖЕНИЕ ТОГО ЖЕ)

А формы удалые,
что водят за нос многих пацанов,
и музою приходятся поэтам,
и для художников являют вдохновения...

Жан


Дорогие вы мои!
Наша Великолепнейшая Блогокомментаторша Оля Китанко,   которая услаждала нас своими блогокомментаторошедеврами, наконец-то вылезла из своего укрытия. Что и говорить, эффектный, тщательно продуманный выход. Так сказать, в нужный момент, в нужном месте. Оркестранты уже заждались. Руки с самоцветами и орхидеями застыли в замахе, ожидая появления Гениальнейшей Оли. И вот, долгожданный момент настал. Толпа взревела, оркестр грянул...

История появления одной вещицы... Уже второй день Жованна уныло бродила между павильонами выставки. "Нет, это становится совершенно невозможным!" - подумала она, получив очередной щипок за Точку опоры. Следует отметить, что Точка опоры Жованны была очень выдающаяся и не могла не привлекать внимания всяких выставочных проходимцев. "Надо срочно что-то делать!" Но что? Уменьшить объем не получится, рабочее кресло настроено под существующие габариты Жованны, да и Слуцкий скорее всего не даст
разрешения (Жованниной Точкой опоры приходили любоваться всем управлением). "Нет, это абсолютно невыносимо" -уже вслух сказала Жованна, уворачиваясь от щупалец очередного проходимца, и решительно направилась в нананотюнинговое агентство...

"Накося выкуси!!!" - торжествовала Жованна на следующий день, не без удовольствия наблюдая, как щупальца нахалов натыкаются на кевларовое покрытие трусов, скрытое под нежнейшим фиолетовым шелком.

...а в это время... Он устало снял сферу паяльника с головы, тут же над ним еле заметно пропорхнули привидения салфеток, а перед носом материализовалась чашка кофе. Это было долго, дольше чем обычно. Дольше по его воле, потому что было интересно как никогда. О таких ощущениях он читал в древних архивах на малоизвестных серверах, куда пускали только избранных. Там, жаждуя знаний он нашел это золотое дно - pajalnik.blogspot.com - записки старого инженера. Там было много о борьбе живого интеллекта и мастерства против тотального геноцида, связанного с засильем печатных плат. Тот человек был мастер-паяльника и являлся последним из своего десятиколенного клана. Ручная трехмерная нано-пайка схем стала единственным настоящим человеческим занятием. Машины могли бы и это подмять под себя, если бы не четвертая составляющая, позволяющая творить шедевры. Нелинейная Фантазия вперемешку с Непредсказуемой Импровизацией - одним словом НФНИ - стала последним якорем, позволившим людям зацепиться хоть за что-то человеческое и оставаться людьми, даже будучи синтетическими уже на 75%. Машины это понимали и ждали своего часа проникнув во все и вся не нарушая при этом Трех Законов. Глядя в ментокарту, на застывших в разных ситуациях и позах героев, на повисшие в воздухе фразы, он думал об ответственности перед этими выдуманными
персонажами. Ему было их заведомо жаль и он ничем не мог им помочь, потому как пути НФНИ - неисповедимы. Он втянул в себя аромат и практически без паузы сразу полчашки кофе. pajalnik.blogspot.com со всеми его следами и бэкапами сразу после прочтения был им уничтожен. Он понял мастерство и стал единственным в этом мире мастером-паяльника - самым опасным и при этом самым необходимым для машин. Теперь он не боялся их - обладая секретом мастера - знанием, что кроме НФНИ есть еще и ЗР - Золотые Руки. Он мог дать машинам душу или отобрать ее и они об этом знали и ждали. Что им еще оставалось, если никакие расчеты не могли сравниться с НФНИ.
(Александр)


Трехмерное пересечение линий, материализованность запрограммированных обеспечений человеческих потребностей. Структурные изгибы инженерных решений, жизнь уже не кажется настолько закрытой, когда тебя окружают роботы, нет это уже ближе к киборгам, так со временем они полностью изолируют людей, и мира больше не будет...
(Жан)

Так они, машины, полагали. И так бы и было. Если бы не мощная компания, собравшаяся по какому-то сомнительному юбилею в гараже... Они выжили и создали группу сопротивления машинам. И продолжение человеческого рода обеспечили: у них было пиво, вино, мамалыжка с брынзой, жареная рыба, травяной чай и жёны в новых шубах...