пятница, 13 апреля 2018 г.

НЕОЖИДАННАЯ ПОМОЩЬ. ИБРАГИМА ПРИЗНАЮТ МЁРТВЫМ. АСЛАН. ПРОДОЛЖЕНИЕ РОМАНА

Продолжение. Начало в предыдущих постах или здесь.

Внимание, в этом посту опубликованы сразу две главы:

1.Неожиданная помощь
2.Глава, где Ибрагима признают мертвым


Сидит на подоконнике, мурлычет,
Прохожих провожает жёлтый взгляд.
Ей что, из девяти один лишь вычет,
Вот столько ей дано, так говорят.

А потому ей жить спешить не нужно,
Успеет, пусть в одной из девяти.
А ты, чуть, что и захрипел недужно,
Через минуты будешь мёртв почти.

Врачи тебя возможно откачают,
Конечно, если был то не расстрел.
А кошки – восемь раз не замечают,
А ты бы умирать вот так хотел?!

Всё не беречь себя, и точно зная,
Отмеряно тебе до девяти.
И смерть порой к тебе приходит злая,
Лишь галочку поставить и уйти.

В минуты роковые вспомни кошку,
Она вот девять жизней может сшить…
Попробуй умирать ты понарошку,

Получится, подольше будешь жить.



Неожиданная помощь


Предательство Нюши было очевидным. С мыслью о нем, Ибрагим почти дошел до выхода из ущелья. Ещё каких-то два километра и он будет на станции. Вдруг, из-за огромного валуна, что когда-то скатился с горы и перегородил русло, изменив его поток, вышел навстречу человек. Ружье за плечом и защитная куртка позволяли думать, что скорее всего это местный охотник.
- Ибрагим, это ты?
- Павел, ты что здесь делаешь? Вас же всех переправили на Дальний Восток.
Да, с этим Павлом они были друзьями и часто дежурили вместе в Замке. Он даже жалел первое время, когда лишился его общества.
- Нет, меня комиссовали. Помнишь, ногу повредил в горах, так вот признали негодным. Да и возраст все-таки сказывается. Но я в норме. Женился, Ириной зовут. Дом у нас у моря, хозяйство. Я охочусь понемногу, да туристов в горы вожу. Подожди, что это я о себе. Ты-то тут как? Куда пробираешься?
- Знаешь, Пашка, тебе все расскажу.
И Ибрагим поделился своими подозрениями о том, что его переписку с семьей вскрыли, нашли там его рассуждения о происходящих вокруг событиях, и что теперь ему придется либо отвечать за раскрытие секретной информации, либо просто бежать. Куда бежать он пока не знал, ведь домой явно нельзя.
- Тебе и бежать нельзя.
- Ты к чему это? Думаешь, есть возможность вернуться на службу?
- Я не об этом. Бежать тебе нельзя, вернуться тоже нельзя. Но у меня есть план. Пойдем в мою сторожку, тут километров восемь вдоль русла, по пути и расскажу.
Они двинулись в обратном направлении. Ибрагим стал снова рассуждать трезво, и понял, какой глупой затеей было просто бежать. Через пару дней в их кишлаке тоже появилась бы черная машина…
-Значит так, - начал Павел, - пару дней назад со скалы, что над Горским перевалом, сорвался турист. Он был один, никто не знает, откуда приехал и где остановился. Никаких документов при нем не обнаружено. Опознать тоже не представляется возможным… Ну, ты же знаешь, какая там высота и какие острые камни внизу. Давай свой военный билет и форму. У моей Ирины большая родня, она говорила, что в больницу сестрица её недавно устроилась санитаркой.
- Павел, мне надо тогда матери передать, что я жив. Но как, письмом нельзя.
- А ты соображать начал, Ибрагим. Тебе нельзя, мне можно. И не письмом лучше.
Вскоре они дошли до лесной сторожки. Ибрагим снял форму, достал из вещевого мешка все документы, оставив себе только паспорт.
- Вон там, на полке бери мой комбинезон. Никуда не выходи из сторожки. Вот тебе хлеб, лук дикий, я постараюсь побыстрей… Тут нельзя медлить.

***********************************
Через сутки во двор больницы заехала машина. Их здесь уже ждали.
- Идемте, товарищи военные, - шустрая девушка в медицинском халате проводила офицеров в небольшое помещение рядом с основным корпусом, - хорошо, если вы его опознаете. Так жалко бедняжку, со скалы сорвался.
В прохладном помещении на столе лежал человек. Девушка ловко скинула накрывавший его брезент.
- При нем ещё документы были. Вещи мы тоже оставили, хотя они изодранные все, но погоны сохранились. Вон там, на стульчике лежат.
Этим же вечером из Замка на скале в Управление ушло донесение: «Подозреваемый в разглашении совершенно секретной информации старший майор Ибрагим Каримов, сдав дежурство, покинул объект и отправился в район Горского перевала. Ранее в горы Каримов не ходил, а потому был не подготовлен к опасному подъему. В самой высокой точке он сорвался со скалы и упал в пропасть. Опознать Каримова не удалось, но при нем нашли документы на его имя. Не было только паспорта, который вероятно выпал во время падения и был унесен течением. Ждем дальнейших распоряжений».

Пашкины связи (глава, где Ибрагима признают мертвым)

Ибрагим несколько дней ждал Павла в его сторожке. Хлеб закончился, но вокруг на склонах было полно черемши. Он жарил её на стареньком примусе: не еда, конечно, но с голоду не помрешь. Наконец он вернулся.
- Я с хорошими вестями, друг. Но сначала на-ка вот, поешь. Моя Ирина тебе пирожков с капустой испекла и квас сделала. Пойдем к реке.
Они взяли мешок с едой, и пошли вниз. Сев у реки на большой валун Ибрагим с удовольствием набросился на вкусные пирожки.
- Мастерица у тебя Ирина. Никогда не ел с капустой, мама всегда с мясом готовила. Ну, давай, не тяни…
- Все получилось, тебя признали погибшим и даже жене твоей похоронку отправили. Но ты не переживай, они знают, что ты в бегах.
- Как же ты успел?, - удивился Ибрагим.
Пашка лукаво усмехнулся.
- Это ты у нас по части сверхъестественного, а я всегда занимался вполне естественными делами. Если тебе сегодня что-то захочется по секрету передать Папе римскому, то уже поверь, завтра в Ватикан явится нЕкто и шепнет святому отцу все, что будет велено передать.
- Ну, ты даешь. Я помню твои частные отлучки из Замка, значит, ты был у нас вроде связиста?
- Я первоклассный связной и у меня очень большая сеть. То, что сейчас не у дел, так это не значит, что я не могу этой сетью воспользоваться. Так вот, семья знает, что случилось, более того, твоя мать передала следующее. Необходимо связаться в Милане с её подругой, вот имя, я записал. Она поможет переждать события.
Павел передал листок с именем и адресом неведомой подруги.
- Я помню, мама рассказывала, что когда-то брала уроки вокала в Милане и дружила с местной девушкой. Та её даже знакомила с семьей. Но как она могла все это время поддерживать с ней связь, да ещё так, что мы ничего об этом не знаем.
- Какой ты, однако, романтичный, приятель. Тебе надо думать о том, как удрать, а он юность мамы вспомнил. Ну да ладно. Я все предусмотрел. У Ирины брат работает старшим мотористом на сухогрузе. Они через неделю идут в рейс на Неаполь. Так вот, второй моторист никак не может выйти в этот раз в море. Он, понимаешь ли, лезгин, - тут Павел снова усмехнулся.
- Ничего не пойму, лезгинов нынче в море не берут?
- Да нет, там такая штука… Когда он надумал жениться, невесту не хотели ему отдавать. Вот он денег подзаработал, пришел к отцу невесты, да ещё подарки заморские притащил, ну и согласилась семья красотки. Свадьба у него была недавно, город от ружейных залпов из его аула всю неделю сотрясало. Нельзя ему сейчас в рейс: если уйдет, то брак недействительным старейшины признают. Так что за него пойдешь ты. Завтра назначу вам встречу.

Аслан (глава, где появляется бравый джигит и намечается католический священник)


На следующий день, когда солнце уже хорошо припекало в ущелье, Ибрагим увидел Павла с каким-то мужчиной в кепке. Они ловко спустились к сторожке. Второй явно не был новичком в горах.
- Ас-саляму алейкум, - поприветствовал его второй.
- Привет, Ибрагим, это Аслан. Он расскажет тебе, как ты попадешь на корабль.
- Алейкум ас-салям, - только и смог сказать Ибрагим.
- Слющай, мы даже чем-то пахожи с тобой. Тибе на корабл правидеть бират Ирина. Он мои началникь. Я всегда кепка на корабл хожу и ни с кем не гавару.
Дальше Аслан коротко рассказал о команде, описав каждого. Большой удачей было, что он почти всегда общался только со старшим мотористом и делил с ним его каюту. Работа не сложная, да и начальник обещал быстро научить Ибрагима выполнять работу Аслана.
- Аслан, спасибо тебе. Но ведь обратно я не вернусь, как же объяснят, что тебя на судне нет, а здесь ты опять появишься.
- Слюшай, началникь все придумаль. Я часто балезнь балею, морская називается. Тогда каюта лежу. А сипасиба это тебе. Моя Зарият тибе тоже сипасиба пиридаеть.
- Ну и ещё пара слов, Ибрагим, - тут обычно веселый Павел стал серьезным, - самому тебе из Неаполя в Милан не добраться. Помнишь, я про Папу римского тебе говорил. Думал так, посмешить? Встретит тебя один человек, зовут Марио, вот он-то и поможет с этим нелегким переездом. Узнаешь его легко: он священник и будет одет в сутану. Ты сам говоришь по-итальянски, так что сложностей в общении у вас не будет.
Они ещё немного молча посидели у воды, но вскоре Аслан подскочил, сообщив, что нельзя долго отсутствовать. Павел тоже поспешил в город. Решено было до назначенной даты отхода сухогруза больше не встречаться.  



Продолжение следует....


7 commentaires:

Галина Солоденкова комментирует...

Да, надо из дома как-то руины делать, ведь наследники его увидели полуразрушенным.

Dodo комментирует...

Галина Солоденкова, твой второй коммент не стала публиковать. Перестала следить за статистикой. Я тоже поначалу публиковала небольшими частями. А теперь не морочусь. Главное, мне нравится сам процесс написания. Остальное - плевать. Я понимаю, что наша писанина довольно специфическая. Надо следить за развитием сюжета там, задумываться.... Пишу так, как пишется. Всё равно иначе не могу.

Alexandr Sidorovnin комментирует...

Так видимо пропустил данную главу. Вот восполняю пробел.
**
Сидит на подоконнике, мурлычет,
Прохожих провожает жёлтый взгляд.
Ей что, из девяти один лишь вычет,
Вот столько ей дано, так говорят.

А потому ей жить спешить не нужно,
Успеет, пусть в одной из девяти.
А ты, чуть, что и захрипел недужно,
Через минуты будешь мёртв почти.

Врачи тебя возможно откачают,
Конечно, если был то не расстрел.
А кошки – восемь раз не замечают,
А ты бы умирать вот так хотел?!

Всё не беречь себя, и точно зная,
Отмеряно тебе до девяти.
И смерть порой к тебе приходит злая,
Лишь галочку поставить и уйти.

В минуты роковые вспомни кошку,
Она вот девять жизней может сшить…
Попробуй умирать ты понарошку,
Получится, подольше будешь жить.
**

Alexandr Sidorovnin комментирует...

Вот такое сложилось, видимо не на основе отдельной главы, а в целом по нескольким главам
**
Ну что? Казалось то – конец!
В последнюю дорогу.
Душа, как юный сорванец,
Рвануло в небо, к Богу.

И неизвестно, что спасло,
Но жизнь моя всё длится?
Возможно тайное число,
Меж – ноль и единица.

Засомневаться мне позволь,
Прости мою беспечность.
Ничто нельзя делить на ноль,
То просто бесконечность.

На единицу не живу,
Бывают половины?
Представь себе полувдову,
И полумокасаны.

Коктейль какой-то из надежд,
Журавликом – синицей.
И всё болтаюсь где-то меж –
Нолём и единицей.
***

Dodo комментирует...

Alexandr Sidorovnin , спасибо, Саша! Замечательно!

Alexandr Sidorovnin комментирует...

Что говорит статистика? Только авторы и читают сообщения? Только мы тут и комментируем!

Dodo комментирует...

Alexandr Sidorovnin, статистика больше тысячи. Иногда до двух доходит. Читают втихаря. Комментировать, думаю, сложно. Надо задуматься, прочувствовать. В дамском блоге будет просто шквал комментариев если спросить:"Как вы думаете, подойдут ли красные трусы к чёрным туфлям?" И во всех блогах найдут горячий отклик проблемы типа:"Какие синие гады, я за фиолетовых. Нельзя себя вести так подло, как синие."