ЛАУРА. ПРОДОЛЖЕНИЕ РОМАНА
Продолжение. Начало в предыдущих постах или здесь.
Лаура
Для затравки анекдот от Его Высочества.
Учитель французского просит учеников написать первое сочинение. Он объясняет, что в захватывающем читателя сюжете должно быть обязательно три составные: религия, аристократизм и интрига.
Ученик на задней парте через пару минут поднимает руку:
- О Боже! - сказала графиня - Я беременна и не знаю от кого.
Лаура любила рисовать, сочинять музыку, петь и танцевать. В пять лет она написала свои первые стихи. Она была хорошей пианисткой, потому что пока она играла гаммы и этюды, её оставляли в покое, и она могла мечтать. В семье Лауры считалось, что ребёнок должен быть всегда занят чем-то "полезным". "Сделала уроки, уберись в комнате, а теперь займись музыкой, сделай гимнастику..." Поэтому Лаура так любила одиночество, свой богатый волшебный мир говорящих цветов и животных, так отличающийся от серого и полного обязанностей, ненужной, глупой суеты, критики и осуждения, бесконечных требований совершенства мирка её родителей и друзей. Все попытки творчества Лауры жестоко высмеивались. Лаура даже не могла иметь свой дневник. Её мама, которая рылась везде во время своих уборок (у них была горничная, но её мама - маньяк периодически должна была наводить порядок сама) не считалась с чувствами девочки, не только вмешиваясь в самое сокровенное девочки, но и бестактно критикуя.
Когда уже потом, будучи взрослой женщиной, на консультации у психолога она рассказывала об этой части своего детства и юности, психолог спросила её: "Вы знаете, что Вас не уважали? Что Ваши основные права ущемлялись? Вы не думаете, что такое обращение с Вами было непозволительным?" Лаура тогда растерялась. Она как раз рассказывала о своём "счастливом" и "безоблачном" детстве. Лаура ответила психологу, что как же она могла судить. Ведь это был её единственный опыт. Она и не подозревала, что могло быть иначе.
Лаура увлекалась персидской поэзией, к которой её инициировала тётя. У тёти Лауры была удивительная тяга к мистичному, медитативному востоку. Лауру завораживал этот певучий, яркий и образный язык.
Однажды случилось что-то необыкновенное. Лаура познакомилась в доме у друзей семьи с иранцем. Он был поэтом, художником и журналистом. У них сразу возникла непреодолимая тяга друг к другу. Наконец-то Лаура нашла родственну душу. Она осмелилась опять писать стихи и петь. Аббас поддерживал её, вдохновлял.
Лаура знала, что ничего хорошего из этой связи не выйдет. Она так и сказала об этом Аббасу. Но сердце её рвалось к нему. Под любым предлогом она ускользала из дома, чтобы прильнуть к родной груди. Только с Аббасом она становилась самой собой. Она смеялась и плакала одновременно, купаясь в его любви и восхищении.
Конечно же окружающие заметили в Лауре перемену. Да и Лаура, несмотря на замкнутость, не любила лгать. Она попыталась ввести его в семью, пригласив на свой день рождения.
Был большой скандал. Ей сказали, что она была эгоисткой, что она порочит их древний род, что её отец должен будет распрощаться со своей карьерой, которую он так упорно строил с нуля, тяжёлым трудом, без всякой поддержки. Лаура знала, что и её брату тоже все пути будут закрыты. Такую цену за своё счастье она не хотела.
Всю её жизнь потом перед глазами у неё был тот прощальный взгляд Аббаса, полный любви и печали. Она вспоминала его глуховатый, низкий голос, его шутки и песни.
Додо
Продолжение следует.....
Комментарии
С удовольствием прочла, Восток дело тонкое даже психологу не разобраться. Спасибо за настроение.
И не обязательно много думать. Можно отнестись к этому как к игре. Так ведь в сущности и есть.
Бывает в радость.
В которой занят не игрой,
Сплошная нагость.
Себя обманывать трудней,
Больнее раны,
Что заживают, много дней,
Ведь мы тираны,
Еще, какие вот себе,
И так жестоки.
Даём ужасные судьбе,
Срока и сроки.
Не отмолить их не отбыть,
Они – до смерти.
И душу нам не излечить,
Уж вы поверьте.
Начало чистое – в юнце,
Затем мараем….
И потому всегда в конце,
Мы умираем.