СНЫ. ПРОДОЛЖЕНИЕ РОМАНА. ПОЭТИЧЕСКАЯ ВСТАВКА
Сны – прекрасные на диво,
И влюбленный в них юнец.
В жизни всё не так красиво –
Вы поймите, наконец.
В жизни всё гораздо строже,
Суше как-то, даже злей.
Только жизни – нет дороже,
Так же прожитых в ней дней.
Пусть во снах у нас нет званий.
Сны, по сути, ерунда.
Жизнь – стезя переживаний
И тяжелого труда.
Жизнь не сказка, меру знает –
Тяжела, но вот зато
И любовь здесь, как бывает
Настоящее пальто.
Настоящие страданья,
Настоящая беда.
Сны же, пёрышки фазаньи,
Правда, ложные цвета.
Июльский полдень золотой
Сияет так светло,
В неловких маленьких руках
Упрямится весло,
И нас теченьем далеко
От дома унесло.
Безжалостные!
В жаркий день,
В такой сонливый час,
Когда бы только подремать,
Не размыкая глаз,
Вы требуете, чтобы я
Придумывал рассказ.
И Первая велит начать
Его без промедленья,
Вторая просит: «Поглупей
Пусть будут приключенья».
А Третья прерывает нас
Сто раз в одно мгновенье.
Но вот настала тишина,
И, будто бы во сне,
Неслышно девочка идет
По сказочной стране
И видит множество чудес
В подземной глубине.
Но ключ фантазии иссяк –
Не бьет его струя.
– Конец я после расскажу,
Даю вам слово я!
– Настало после! – мне кричит
Компания моя.
И тянется неспешно нить
Моей волшебной сказки,
К закату дело, наконец,
Доходит до развязки.
Идем домой.
Вечерний луч
Смягчил дневные краски.
Алиса, сказку детских дней
Храни до седины
В том тайнике, где ты хранишь
Младенческие сны,
Как странник бережет цветок
Далекой стороны
Льис Кэрролл
Перевод Демуровой НМ
Комментарии
Ибрагим.
Ибрагим, сдав дежурство, решил немного прогуляться. Для прогулки он выбрал тропу, что петляя и извиваясь, ведет вдоль ручья к водопадам, а потом резко вверх снова возносит тебя к громаде замка. Он всегда чувствовал в этом замке какую-то угрозу. О себе давно не думал, ведь с тех пор, как стал сотрудником этой секретной службы, понимал, что когда-то настанет и его черед… Он думал о недавно родившейся дочурке. Жена сказала, что нарекла её Мириам. Какая она, эта звезда, что все-таки взошла на его небосклоне?
Спустившись с горы, Ибрагим немного притормозил… Как же красивы эти места. Воздух и горы, море и жаркое, ослепительное солнце. Недавно в приморских усадьбах зацвела мимоза, и сейчас её терпкий аромат немного напоминал о запахах Родины. Где она, Родина? Ибрагим не помнил, сколько месяцев прошло с момента, когда он видел жену. В последний раз она сказала ему, что у них будет ещё один ребенок. Как давно он хотел девочку. Даже имя ей придумал волшебное – Мириам.
В ущелье, где горная река уже много сотен лет пробивает себе дорогу к морю, подполковник НКВД решил наконец присесть. Давно были заготовлены чернила и бумага, ведь стоило поведать далекой дочке так много. Он начал быстро писать, и строчки, словно четный бисер, красивой вязью стали украшать белый лист. Один лист, второй, третий… Как много надо рассказать. Первое – это о покойной девочке. Он не хотел ей зла, но она пришла в дом с нехорошей миссией. О тайных кристаллах, что могут изменить весь этот мир в их школе провели целый курс, но Ибрагим не сильно заинтересовался темой. Подумаешь, сверкающие безделушки… Да что они значат по сравнению с настоящими ценностями. Но девочка искала именно эти кристаллы в тот день, когда он только заступил на дежурство в доме на скале. Они с напарником, крадучись, проводили её до каминной комнаты с видом на море. Шум ветра в раскрытых окнах скрадывал их шаги. Девочка присела возле камина и что-то стала искать в его старинной кладке, тщательно отсчитывая кирпичи. Напарник решил, что не стоит давать ей хоть какой-то шанс и выпрыгнул из-за двери. Она была так юна. Русые волосы рассыпались на мраморном полу, а руки были так сильно сжаты, как будто в них находились все ценности этого мира.
Ибрагим не сразу понял, что же произошло. Как же страшны такие моменты и как к ним сложно привыкнуть… Вот жила девочка, искала что-то в старом доме и вдруг все оборвалось. Он не помнил, как писал отчет о происшедшем, да и саму суть этого дела не сильно уяснил. В памяти осталась лишь хрупкая фигура на мраморном полу, длинные волосы и очень сильно сжатые руки.
Немного позже, когда его все-таки допустили к расследованию произошедшего, Ибрагим получил хоть какие-то сведения о их необыкновенном доме и кратко о том, что же искала в нем девочка. Именно это он и изложил в записке для своей дочери. Скорее в ней было больше вопросов, чем ответов, но приписка, которую Ибрагим решил оставить на итальянском, которому его учили в школе НКВД, гласила:
«Su questo camino verrà mostrata la luce alla luna piena, e troverai la pietra necessaria alla luce del sole» (о камине узнаешь в полнолуние, а на нужный камень в нем укажет луч солнца).
Я ввела отца Мириам, НКВД-шника и девочку, что искала голубые кристаллы в камине. Надо бы продолжить эту тему. Может что-то уточнить о самом преступлении?
Мы тут придуряемся, а все думат, что мы умные. Моя тётя так мне и говорит.
Подпись - Ватсон.