ПИНГВИНЫ И ПОЖАРНЫЕ
Творишь в виртуале,
Не знаешь границ,
Не играешь в финале,
Жизнь где-то проходит,
Мгновений движенье -
Оставит на блоге
Вербочка - дорогая моя провокаторша в комментариях попросила рассказать об
учителях. Что я и делаю с графоманским удовольствием.
За несколько дней я узнала о них неожиданные для меня вещи. Например,
кто бы мог подумать, что директриса – мадам Андзалоне, вся такая положительная, серьёзная, маленькая и кругленькая, подвижная и лёгкая, как облачко, трижды бабушка, в
своё время бросила своего мужа – уважаемого адвоката и троих детей из-за
пожарника. (Помните Дарью Петровну в «Собачьем сердце» у Булгакова?) Статные
мужчины в униформе производят неотразимое впечатление на самых верных и стойких
жён. Хотя, судя по витрине сексшопа в центре Марселя, женщины в униформе тоже
возбуждают мужчин. И конечно же пингвинье одеяние Метра (так обращаются к
адвокатам) Андзалоне да ещё и без пудреного парика, как у англичан, не шло ни в
какое сравнение с позолоченной каской и усами пожарника. Когда пыл страсти
улёгся, выяснилось, что пожарник категорически не разделяет просветительские
взгляды мадам Андзалоне до такой степени, что даже не умеет читать. Да-да, во
Франции я сталкиваюсь с этим довольно часто. С французами, которые не умеют
читать. Вообще-то мадам Андзалоне до ухода к пожарнику накоторое время
колебалась между ним и акробатом цирка шапито «Заватта». Она до сих пор жалеет
о неправильно сделанном выборе, вынудившем её впоследствии вернуться к
занудному Метру.
Мадемуазель Санделл за углом школы после занятий ждал молодой человек, к
которому она бежала в объятия и с которым целовалась в губы (!!!). Об этом мне
насплетничали дети.
До мадам Андзалоне директором был мосьё Виян. Это был очень весёлый
дяденька. Я удивлялась тому, что он никогда не кричал на детей и был всегда в
хорошем настроении. На зимние каникулы он поехал сопровождающим в зимний горный
лагерь. Я тогда ещё подумала, что он и так проводит всё время в школе. Хотя бы
на каникулы он мог бы себе позволить отдохнуть от детей и других учителей.
Предчувствие не обмануло меня. В один прекрасный день всегда добродушный мосьё Виян
пнул учительницу перед всеми учениками, покусал аппетитную повариху и закидал
всех едой. При этом он страшно матерился. Дальнейшая его судьба не известна. Он
бесследно исчез.
Ещё две довольно живописные личности заслуживают упоминания. Это две
студентки, подрабатывавшие в каникулы в лагерях. Обе удивительно пухлые, несмотря на
бесконечное лазание по горам, а по вечерам, после отбоя, когда мы были
полумёртвые от усталости, они продолжали гулять почти до утра. В семь утра они
были опять свеженькие и энергичные. Одна из них очень напоминала Вупи Голдберг.
Такая же неунывающая, пластичная и без комплексов. Когда во время бала девочки
плакали в её необьятное декольте, она причитала: «Вот мужик нынче пошёл.
Совсем обалдели! Куда же мы катимся?» Мальчикам она говорила: «Вот бабы
гадины!И что им всем надо? Ты такой красвец, такой умница!» Причём говорила она
это так темпераментно, так искренне, с такой верой.
В целом, учителя, с которыми я близко познакомилась и наблюдала за их
отношением к детям, восхитили меня своим уважительным отношением к ученикам.
Никаких бестактных замечаний, никакой ранящей личность критики, никаких
соревнований, обязаловки. Каждый хорош такой, какой есть. Максимальное
присутствие в жизни детей, готовность всегда поддержать, не ограничивая и
поучая.
Комментарии
Покусать повариху! Но, наверное, ни повариха ни еда были не вкусные для него и он убежал в лес. Он был оборотень...
учили нас,
усердно направляли
на нужную стезю,
чтобы когда останемся одни,
не сбиться на пути...
Вчерашний сон (1)
" Мы стояли у витрины кондитерской, внимательно разглядывая предлагаемые сладости. Вдруг меня охватило неимоверное желание сказать что-нибудь острое, неуместное. Я поднесла свои губы к его уху, так чтобы он чувствовал мое горячее дыхание и медленно, четко выговаривая каждое слово, прошептала: " А знаешь, ты мне всегда нравился. Еще со школы..." Он резко повернул голову и я увидела, что в его глазах бушевала неугомонная страсть, как-будто говорящая: "Ну наконец-то! Сколько лет я ждал этого признания!" Он крепко схватил меня за руку и твердым шагом направился к лифту. Двери закрылись...и я проснулась. Улыбка все еще витала на устах и память его взгляда разливалась приятным теплом по всему телу.
"Какая несвойственная ему решительность,"-подумала я, и в тот же момент из дальних уголков душевной темноты услышала занудное нытье совести:
-Ольга!-строго начала она.-Зачем соврала?
-Да я не соврала. Просто не уточнила...-оправдываясь, пробурчала я.
За окном бушевал ветер, деревья скрипели в сопротивлении. Солце только начинало подниматься над горизонтом. Вставать было определенно рано. И в одно мгновение я оказалась в далеком прошлом.
....Директор школы попросила нас собрать портфели и всем классом выйти в зал, где она неожиданно заявила, что с сегодняшнего дня наш 4 "Г" перестанет существовать и нас расформируют. С тревогой я наблюдала, как класссные руководители других четвертых классов внимательно листали наш журнал, пытаясь отобрать себе отличников. Я прекрано знала, что "Б" был самым сильным, и если я попаду в него, моя лафа закончится.
-Только не в "Б", только не в "Б", - задирая глаза к небу в молчаливой молитве я просила бога.
-А почему не в "Б", извольте спросить, сударыня?-"раздался " вопрос всевышнего.
-Ну как почему? Там же Сашка!
-Ну раз ты так просишь...
-Ольга? Ты пополнишь ряды 4 "Б",-сказала моя новая классная и пальцем указала в каком направлении двигаться.
-Хорошие шуточки,-простонала я и медленно поволокла ноги к назначенной группе.
И когда потом на физ-ре нас ставили в пару на спринт, я не стеснялась пускать в ход свои длинные ноги и поддать пару. Проиграть ему? Нивжисть!
Мы жили в разных подъездах, к каждому из которых вела своя тропинка. Позже они станут олицетворением наших судеб-идущих рядом, в одном направлении, параллельных.... Он выходил из дома без пятнадцати, я - без десяти. В тех редких случаях, что мы пересекались, маршировали мы в школу в унисон и в абсолютной уютной тишине. "Почему он ничего не говорит? Где тот веселый парень, каким я его знаю, когда вокруг нас куча народа?" Я думала, что он на меня сердится, и сама злилась в ответ, потому что не понимала "за что?"
Следующие 5 лет мы просидели рядом: то он за мной, то я за ним. Спокойный, уравновешенный, никогда не повышающий голоса, к девчонкам он всегда относился дружелюбно ( в чем большая заслуга принадлежала его старшей сестре) настолько, что в какое-то время мне показалось, что ему нравилась соседка по парте. Романтический чувств я к нему не пытала, потому что Сашка был троечником. Хорошо, если 10 классов закончит, а то и после 8-го в ПТУ рванет. А зачем нам ПТУшники? Нам-то "равных" подавай: высокого, широкоплечего," девчонки за мной бегают, а я на тебя смотрю" отличника типа а-ля Джона Корбетта. Через призму первой щенячей любви не было видно его недостатков, которые во взрослой жизни свели бы любые отношения на нет: высокомерие, эгоизм, заносчивость.
Однажды, возвращаясь с работы, я встретила его, как всегда, в окружении дворовой малышни. Они его любили, летели ему навстречу, наперебой пытаясь рассказать новости дня, и он терпеливо выслушивал всех, иногда опускаясь на колени, чтобы не казаться им таким уже Гулливером. У меня была к нему просьба и уверенна, что он мне не откажет, я сразу направилась к нему. "Как он похорошел! Стал таким солидным!"- первое, что пронеслось в голове. Кое-как , запинаясь на каждом втором слове, я огласила свою заботу. Он смотрел на меня таким же взглядом как и во сне, кивая головой в согласии. Уходя, меня не покидало чувство, что что-то поменялось, детство ушло, а на его место пришло что-то новое, незнокомое.."Странно..Как-то он на меня интересно посмотрел! Может быть Я ему нравлюсь?" Сомнения одолевали, не верилось, потому что на его лестничной площадке жила брюнетка необыкновеной красоты, по которой вздыхал тайком весь мужской двор. Но зерно было брошено в почву...
Прошло еще несколько лет, я уехала, родился сын. Сашка так и жил холостяком, часто встречаясь с моей мамой. Я привыкла, что в каждом телефоном звонке, она передавала мне от него привет. Он все спрашивал: "Как она там, как сын?" Приятно было чувствовать, что о тебе думают, помнят, волнуются. Зная в какой семье он вырос, я еще больше уважала его за то, что он категорически отказывался подносить даже каплю алкоголя ко рту.
Более десяти лет после развала СССР, ступеньки в его подъезд выглядели все еще по-советскому: с металическими острыми углами и полностью покрытые слоем толстого льда. Сашка возвращался домой, впервые в жизни, пьяный в стельку. Крыльцо оказалось непреодолимой преградой. Он упал, сломав нос. Во дворе собралась толпа, вызвали скорую, и пока врачи пытались остановить кровотечение, его глаза остановились на моей маме:
-Тетя Тома, тетя Тома! Я вашу Ольгу люблю!-слезно завыл он.
-Я знаю,-ответила она.( Тут у меня вопрос к маме: если ты знала, то чего мне не сказала?)
Его мать нежно ласкала его волосы:
-Саш, вот женился бы ты на ней. Разве плохо было бы? Я думаю, хорошо,- обронила она, поворачиваясь к моей маме лицом.
-Я тоже думаю, что было бы хорошо,- последовал ответ. Он ей всегда нравился и между нами она любовно называла его Санечкой.
Оглядываясь назад в юность, я сейчас вижу все то, к чему я была слепа. Передо мной больше не стоит троечник. Я понимаю, что он был заботливым сыном для своей матери, надежным другом своей сестре. Делал многое, не по возрасту, без повторных просьб: ковры выбить - Саша, тяжелые сумки отнести на четвертый этаж -Саша, обои поклеить и полы покрасить - опять Саша.
-Вот видишь, совесть, не соврала я. Он мне всегда нравился как человек, только тогда я этого не понимала...
Он женился почти в 30, жена, говорят, очень похожа на друга из детсва. Родилась дочка. Он переехал. Жизнь идет своим чередом, и до сих пор я получаю от него приветы...
А учитель для меня это просто гид в очень-очень странный и нелепый мир взрослых.
Твое графоманское удовольствие просто чудо. Знаешь, я не могу тебе сразу оставить комментарий, Мне надо вернуться и еще раз перечить. И мне это очень нравится. Все о чем ты пишешь совсем непросто.
Пнул, покусал, закидал))))
И куды смотрели уполномоченные по правам человека???