воскресенье, 9 января 2022 г.

ФЕНЕЛЛА. ДНЕВНИК И ЗАПИСКА

ОБЪЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

Прошу прощения у тех, кто пытался выйти на новую страницу по ссылке. Я, к сожалению, ошиблась в настройках. Теперь всё отлажено. Если вы хотите прочитать полностью мою линию, которую я вывела отдельной страницей, можете пройти по исправленной ссылке.

ОБЪЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ


Товарищи, в связи с тем, что Галина Солоденкова и Марина Синельникова пока погружены в их ежедневную жизнь, им не до нашего совместного творчества, что вполне можно понять (череда праздников и т.д.), кроме того, вдохновение - явление капризное, по себе знаю, я вынесла свою линию отдельным произведением. В то же время, мне бы очень хотелось, чтобы соавторы вновь примкнули ко мне, и мы смогли развивать произведение в его первоначальном виде со всеми линиями.

Думаю, что вставки Людмилы я добавлю позже. На развитие сюжета они не влияют, но создают атмосферу, как и стихи Александра.

Наше совместное творчество доставляет мне много удовольствия, как, надеюсь. и вам тоже. Так что, ждём-с.

А пока публикую очередную часть. Если вы хотите ознакомиться со вторым - моим вариантом произведения, можете пройти по ссылке, кликнув по выделенному слову "ссылке".


***


Ян очнулся от того, что кто-то мягко тряс его за плечо. «Мосьё Мордек! Дядя Ян! Тётя Рози, просыпайтесь!»,- раздавался серебристый голосок. Ян и Рози постепенно осознавали, что они по всей видимости заснули в раздолбанной красной «Тойоте» в очень неудобной позе бок о бок, но лицом друг к другу и держась за руки. Перед ними стояла Фенелла. Ян считал её своей кузиной или племянницей. Словом, седьмой водой на киселе. Это была странная, хрупкая девушка, с тонким лицом и громадным глазами. Обычно она бродила тенью по округе, низко опустив голову. Часто она носила куртки с капюшоном, под которым скрывала своё лицо даже в солнечную погоду. Она ни с кем не разговаривала. Люди уже привыкли к ней, считая местной тихопомешанной.

 

ФЕНЕЛЛА. ДНЕВНИК И ЗАПИСКА

 

Она как-то неожиданно появилась в их краях. Жила Фенелла у кузена Яна – Реми и его жены – Мари. Однажды, когда он зашёл после работы к Реми на чашечку кофе, в комнате появилась Фенелла. Тогда он увидел её первый раз. Реми сказал Яну, что они решили удочерить племянницу Мари. Ян хорошо знал семью Мари. Они же все были родственниками. Он не помнил, чтобы у Мари была сестра. Реми помялся немного и сознался:

- Да, я соврал. Извини. Я могу сказать это только тебе, зная, что ты не из болтливых. Да и в чужие дела ты не лезешь. Пару месяцев назад, зимой, ночью в дверь постучали. Я спустился и открыл дверь. За дверями стояла совсем замёрзшая девочка. Она была босиком и в одной длинной рубашке. Она только назвала своё имя, но на дальнейшие расспросы не отвечала. Мы с Мари приготовили ей горячую ванну, накормили, напоили горячим молоком и удожили спать. На следующий день мы зашли в полицейский участок, но заявления делать не стали. Просто спросили, не разыскивается ли девочка с такими вот приметами. Нам ответили отрицательно.

Мари присоединилась к беседе:

- Девочка мне понравилась. Она такая тихая, милая. Только молчит, хотя не глухая и не немая. Видно, умом тронута. Я и подумала, что детей у нас нет. Что хорошо бы она осталась с нами. Дом у нас большой. Я отвела ей комнату моей покойной матери с видом на поле и лес за ручьём. Я тогда сказала Реми, что поместят ведь её в психушку или приют. А там сиротам приходится ох как несладко.»

Ян удивился:

- А школа? А если заболеет? В наши дни это невозможно. Увидит кто, донесёт. В округе же все родственники. Две семьи только.

- В том-то и дело,  - сказал Реми, - Ты же знаешь нашу семью. Мы не имеем привычку делиться новостями, а уж тем более, секретами, с посторонними.

 

***

 

И вдруг теперь Фенелла говорила с ними! Этого ни Ян, ни Рози не ожидали. Да ещё и выяснилось, что она совсем не сумасшедшая.

- Дидье Массар просил меня передать вам кое-что, - сказала Фенелла и повела их мимо заброшенного дома Пьеррика, контуры которого еле угадывались в густой листве плюща. Пьеррик решил, что мне нужно было остаться здесь, чтобы дождаться вас. Он знал, что следы Дидье вели к нему. И что эти люди беспощадны. Пьеррик ушёл сам.

Ян и Рози переглянулись. «Ушёл сам». Им стало грустно и стыдно, что они могли забыть Пьеррика, который умер вот так, в одиночестве.

- Я была с ним до последнего. Держала его за руку, - словно читая их мысли сказала Фенелла, - Пьеррик не мучился. Он выпил своё зелье и умер с улыбкой.

Фенелла вела их по бело-розовому полю, покрытому душистым клевером, за часовней к большим круглым камням, «раскиданным дьяволом». Девочка привела их к скоплению трёх таких глыбин, образующих маленькую пещерку. Рози и Ян улыбнулись, вспомнив, как в детстве они любили играть злесь, карабкаясь на камни, прыгая по ним и залезая под них. Фенелла гибко скользнула в узкую щель. Вскоре она появилась, держа в руке небольшой сундучок. Она открыла его серебрянным ключиком, который висел у неё на шее. В сундучке была книжка в коричневом кожаном переплёте.

- Вот, - сказала Фенелла, - наконец-то я выполнила своё обещание. Долго же я вас ждала. Уж думала, что не дождусь никогда. Но я помнила слова Пьеррика, который говорил, что вы обязательно вспомните Дидье Массара  и завершите его миссию, которая стала теперь вашей. Не зря я верила Пьеррику – великому волшебнику. Он сказал ещё мне, что его любовь будет меня всегда охранять. Чтобы я ничего не боялась. Он познакомил меня с местными эльфами и феями. Жаль, что вы их больше не видите. А я буду общаться с ними всегда, как и с животными, растениями и всем сущим.

Это был дневник, исписанный красивым каллиграфическим почерком с витиеватыми завитушками на совершенно непонятном им языке. Дома Ян сменил лампочку в настольной лампе на более яркую, нашёл лупу, и вместе с Рози они открыли книжечку. Она была исписана красивым и непонятным, витиеватым готическим каллиграфическим почерком. В неё была вложена записка на современном французском языке, написанная от руки. Буквы были чёткие, округлые, с лёгким наклоном влево. Было трудно понять, мужской это почерк или женский.

«Рози и Ян, думаю, что вы оба уже поняли о нашей удивительной связи, которой невозможно найти рационального объяснения. Иногда я словно бы живу вашей жизнью. Скорее жизнью Яна. До того, как заснуть я погружаюсь в дрёму и оказываюсь в ваших телах. Это началось ещё в детстве. Я бродил по местам, в которых никогда не был. Потом, попав в Бюртюлет, я понял, что я бывал именно здесь. Если этот дневник в ваших руках, вы уже в курсе того, с какой миссией я попал в ваши края. Только выполнять её придётся вам.

Ввряд ли вам удастся прочитать дневник обычным способом. Это может сделать только историк мидиевист, изучающий историю средневековой Европы. Слушайте свою интуицию. Точно так же, как вы прожили последние события моей жизни, вы сможете пережить не только те дни моей другой жизни, которые я фиксировал в дневнике, но и то моё прошлое, как и во всю эту совсем незнакомую вам атмосферу. Доверьтесь себе. Одно то, что вы получили эти записи, говорит о том, что вы вспомнили о своих давно забытых способностях.»

Ян и Рози переглянулись и задумались. Значит, Дидье Массар с его историей, не был плодом их больной фантазии ( а лишь нелепым вымыслом автора. Прим. Додо). Если у них и произошло помутнение рассудка, то, слава богу, не в одиночку. И бывают ли одинаковые галлюцинации у двух разных людей, к тому же вроде бы не принимавших никаких психоделиков?

Они глубоко вздохнули, положили каждый одну руку на дневник и соединились другими руками. Перед глазами у них всё поплыло, и они напрочь забыли о том, кто они и где. Они оказались в теле подростка.  (Боже, не очень-то это уютно, я думаю. Рост этот, голосовые мутации, гормоны там...прыщи, влюбчивость...).

- Ансельм, - сказал отец, - Прекрати мечтать. Принеси воды из колодца да разожги огонь. Я не успеваю. Скоро клиент придёт, а микстура ещё не готова. Мать твоя совсем зашивается с малышами.


Продолжение следует...

 

 

 

 

 

 

15 commentaires:

Семён комментирует...

Чего-то я напрочь запутался в сюжете. Если он, конечно, есть. Перестал врубаться. Не знаю Постарел, что ил...

Dodo комментирует...

Семён, можете пройти по ссылке. МОжет тогда станет понятнее. Пока есть герои Ян и Рози, Дидье Массар. Это родственные души. Как и Ансельм. Между ними мистическая, глубинная связь. В сущности, это одна персона, проживающая параллельные жизни. В начале персонажи не отдают себе в этом отчёта. Хотя это постоянно происходит спонтанно в виде видений и снов. Отсюда их попытка вспомнить что-то. "Что-то с памятью моей сталось. То, что было не со мной, вспомнил...")))) Поэтому Ян и Рози в машине проживают жизнь Дидье. Ту её часть, которая связана с машиной. Дидье, после пережитого опыта в параллельном мире, в который его затянул трискель, знает об этом.
У Дидье миссия, которую возложил на него Стан Майо. Так как его преследуют, сам он её выполнить не может. Поэтому сделают это Ян и Рози.
Думаю, что смысл всего графоманства в спасении детей, а, следовательно, человечества от наваждения, морока. Люди словно заколдованы, постоянно воспроизводя зло. И даже когда они хотят искоренить это зло злом, они только усиливают его. Даниель постоянно воспроизводит насилие, которое ему причинили в детстве. Так мы устроены. Но сам он сознательно не помнит его. Он погрёб эти травмирующие эпизоды, загнал их в подсознание. Для исцеления надо начать с признания этого факта. Наглядный пример тому - американские ветераны. Они и всё общество в целом наложили табу на ужасы. И солдаты эти психически больны, как и общество. Исцеление приходит тогда, когда жертвы начинают экстериоризировать, выражать свои непрожитые эмоции. В момент травмы человек бывает в шоке. Он выключается. Но потом эта тёмная зона остаётся, разрушая психику.

Ирина Куничкина комментирует...

Здравствуй, Лола.
Я тоже как-то запуталась в сюжете.
Надо будет собрать всё вместе и перечитать.

Dodo комментирует...

Ирина Куничкина, здравствуй, Ирина. Пройди по ссылке. Я всё собрала вместе.

Ирина Полещенко комментирует...

Мне очень понравилась история Фенеллы. Интересная история с дневником. Дневник, наверное, волшебный.

Александр комментирует...

Моё понимание происходящего (набросок)
***
Все наши действия двояки,
И так циничны — будь здоров.
Всё затевали вечно драки,
Затем судили драчунов.

И от старания аж в мыле,
В ночном кошмаре и дневном.
Мы зло вселенское вершили,
Затем боролись с тем же злом.

Dodo комментирует...

Ирина Полещенко, Ирина, дорогая моя, как я рада, что Вы догадались. Спасибо Вам. Обожаю Вас!

Dodo комментирует...

Александр, точно так, Саша. СПасибо, дорогой.Понимаешь ли, тот же Дениель, какой бы скотиной он ни был (кстати, это реальная личность, как и события, с ним связанные и ведь этот страшный диалог. То есть эта сцена не выдуманная.), он и сам жертва. Если бы его в детстве не насиловал постоянно его отец с дружками, может, он и не стал бы таким. Это была его реальность. Он вырос в этом. И вокруг него творилось то же самое. И ещё хуже то, что об этом не говорилось. Участники никогда не разговаривали об этом. Гнойник зрел и рос в глубине. Мы едь строим свою реальность из того, что у нас есть. В чём мы сами находимся. Не было у него других представлений о жизни, других примеров. Насилие, педофилия, инцест были в порядке вещей. И это очень глубоко даже не в сознании, а в подсознании. Подсознание - это откуда диктуются наши поступки. Мы делаем тот или иной выбор не сознательно, а потому, что когда-то в детстве нам сказали, что вот это хорошо, а это - плохо. И даже не сказали, а показали своим примером, который мы впитали.
Нужна очень большая сила, мудрость для того, чтобы разорвать порочный круг. И слава богу, это случается. Слава богу, рождается вдруг такой вот человек, непохожий, не такой, как другие.

Dodo комментирует...

Александр, я не оправдываю этих людей. Но всему хочется найти объяснение. Никогда я не смирялась с фатальностью. Есть ведь эти маленькие проценты исключения.

Лариса Чурсина комментирует...

Здравствуйте, Хилола! Оказывается, у Вас писательский талант. Вы очень интересно пишите. Надо перечитать всё сначала, что я и сделаю.

Александр комментирует...

Dodo одного и того же человека и его поступки можно оценивать по разному, причём одними и теми же людьми.
Вот скидывал тебе по нашему каналу общения, но ты не прочла на эту тему.
***
Как менялись заголовки французских газет в 1815 году по мере приближения Наполеона к Парижу:
«Корсиканское чудовище высадилось в бухте Жуан».
«Людоед идет в Трассу».
«Узурпатор вошел в Гренобль».
«Бонапарт занял Лион».
«Наполеон приближается к Фонтенбло».
«Его императорское величество вступает в верный ему Париж»!

Dodo комментирует...

Лариса Чурсина , спасибо большое, Дорогая Ларсиа. Буду рада и учту все Ваши замечания. Считаю нужным донести до Вас, что в моих произведениях нет моей фантазии. Как мне написала моя рассерженная подруга "фантазмов". Всё истинная правда. Мамой клянусь! Да!)))) И в самом деле это своеобразный подбор реальных жизненных ситуаций и местной мифологии.

Dodo комментирует...

Александр, Саша, да, в последние дни я перестала заглядывать в наш чат. Извини. Большое спасибо. Забавно)))))) Так уж мы устроены. Скйчас французы всё больше сравнивают происходящий абсурд с ситуацией во время второй мировой войны. То же промывание мозга, с последующим резким поворотом. Знпменитые шансонье, которые пели панегирики фашистам,а потом ополчились на несчастных девушек, обрив им головы, повесив на груди таблички с надписями "фашистские шлюхи", и выставив на показ всем жителям.
Кстати, не стала вставлять это в моё произведение, но мать Франс была как раз сиротой от матери * француженки и отца - немецкого солдата. Мать - такая вот бритоголовая, была вынужденна оставить девочку в приюте, а сама бесследно исчезла. Возможно, покончила собой. Нелли - мать Франс удочерила богатая бездетная и жестокая женщина с садистскими наклонностями. От неё впоследствии Нелли и сбежала к извращенцу Даниелю. Что вполне логично, хоть и грутно.

Александр комментирует...

Согласен с этим, осуждали те, кто делал тоже самое фактически, но другим способом. В это укладывается моё стихотворение "Мы". Ты его комментировала на днях.
***
Все наши действия двояки,
И так циничны — будь здоров.
Всё затевали вечно драки,
Затем судили драчунов.

И от старания аж в мыле,
В ночном кошмаре и дневном.
Мы зло вселенское вершили,
Затем боролись с тем же злом.

Неясен взгляд, что с поволокой,
И как начнётся, так держись.
В безумной драке и жестокой,
Свою отстаиваем жизнь.

Dodo комментирует...

Александр, спасибо, Саша. Поместила его эпиграфом.