ДОДИНЫ ПОХОЖДЕНИЯ. ПРОДОЛЖЕНИЕ. АРХИВНОЕ

Лирические отступления, на которые я так сильна: 

1.Для того, чтобы оценить эту часть по достоинству, надо быть знакомым с прототипами, которые живут на Марсе. Надеюсь, что и остальную публику мои правдивые описания развлекут хоть немного.

2. Те из вас, мои дорогие читатели, которые не следуют очень путаной канве моих повествований, наверное, не понимают, откуда здесь марсиане, плутонианцы - плуты и плутовки, луниане - лунатики, венерианцы - венерики, я объясняю: в самом начале моей блоггерской карьеры, некоторые мои читатели, несмотря на объявление о том, что "все персонажи вымышленные", узнавали в них себя и своих знакомых. Поэтому я раскидала моих героев, а также их приключения, по всей галактике.

«Да – продолжила старуха – отвлекусь я, расскажу об этом существе. Больно живописно оно. Хоть сейчас в кунсткамеру. Это чудище было маленького роста, наверное, метр сорок, если без каблуков и парика. Это была наша школьная мадам де Помпадур. Носила высоченные каблуки и высоченные парики. Где она их брала, понятия не имею. В продаже, вообще в реальности таких не бывает. Тот маленький промежуток, который образовывался между вышеуказанными предметами туалета, занимала крошечная точёная фигура с тонкой талией, затянутая в одинаковые костюмы (разных цветов, правда) и маленькое личико. 

Остановимся подробно на его описании, как оно того заслуживает. Лицо это очень ярко накрашено, что совершенно правильно, иначе его не разглядишь. На ослепительно белом фоне (чем она его набеливала, волшебница наша?) нарисованные ниточки бровей. Крошечные глубоко посаженные глазки, утонувшие в недрах глазных впадин. С ресниц свисает клочьями тушь. Веки намазаны тенями в тон одежде. Если костюм зелёного цвета, то при моргании получаются ослепительные зелёные вспышки. Широченный негритянский нос (не в обиду представителям этой достойной и великой расы будет сказано), хотя лицо явно славянской национальности. Под носом такие же смачные ярко-красные, с жирным блеском губы, что подчёркивается тёмной коричневой линией по контуру. На щеках яркие круги румян. Длинные ногти на маленьких отбелённых костлявых ручках, скорее птичьих лапках, покрыты зловещим красным лаком. Голос низкий, которым изрекаются следующие истины типа: «Если Вы плюнете на общество, оно утрётся, а вот, если общество плюнет на Вас, то Вы захлебнётесь.», «Чтобы узнать человека по-лучше, подсмотри за ним в замочную скважину...» и пр. Надо отдать дожное, педагогом это существо было великолепным. Материал преподносился чётко, логично, ясно. Формулировки сжатые и ёмкие впечатывались в память. Её ученики поступали в престижные институты без репетиторов и пользовались конспектами её лекций ещё долгие годы по окончании школы.

А вот и другой яркий незабываемый образ, который так и напрашивается на экран компьютера. Наша Груша. Лицо и фигура соответствуют форме этого вкусного и полезного фрукта. Когда мы всем классом сбегали с её урока, она бежала за нами с мольбами и угрозами, напоминая дрессированного тюленя, переваливающегося на задних плавниках. Как-то своим гнусавым голосом она рассказывала что-то о монозиготах и гетерозиготах. (В жизни эти познания мне очень пригодились.) Индлер бесцеремонно прервал её и предложил "биологическую" загадку: «Стоит Груша, нельзя скушать».

Да, славные были времена в Тридевятом царстве, Тридесятом государстве, во время царя Гороха.» - сказала Баба Яга. «Вот ты, Додя, даже дедушки Ленина, небось не знаешь. А был он нам роднее матери. Первое, что мы видели при рождении, не белый свет, не лицо мамочки или акушерки, а портрет дедушек Ленина, Маркса и Энгельса. Жаль мне тебя. Даже стишки про доброго дедушку Ленина не учил в садике, даже песенки не пел о революции и торжестве коммунизма. Не благодарил звонким голосом в белой рубашечке и красном галстуке, шортиках и белых гольфиках, дрожа на морозе от волнения нашего благодетеля, ген. сека. Не протягивал ему букет заледеневших роз. Не подслушивал на кухне политических анекдотов, которые рассказывали взрослые. Не знаешь, о чём сейчас говорят «Голоса Америки». Не мечтаешь ты о кока-коле, о жвачке и джинсах, об освобождении угнетённых народов от ига эксплуататоров. Не собираешь хлопок и картошку вместо учёбы, не заражаешься желтухой, не беременеешь там, и не избивают тебя пьяные товарищи-комсомольцы в бараках, непригодных даже для содержания в них скотины на хлопковых плантациях. Как ты живёшь без идеалов? Без пропаганды? Для чего? Просто в голове не укладывается.»

Очередное лирическое отступление: читатели блога мне часто говорят, что комментарии зачастую им нравятся больше, чем сам пост. Так как эта история архивная, запылённая, с пожелтевшими страницами, считаю уместным опубликовать ещё совсем скудные и очень дорогие мне комментарии той эпохи.

Вы помните, как Тамара Дмитриевна в начале урока нюхала у нас рты? Мы грызли семечки в школе, что было запрещено. Повсюду была шелуха. Тех, от которых пахло семечками (а были это почти все), посылали к директору.

маша-марсианка комментирует...

В те славные времена в Тридевятом царстве, Тридесятом государстве была мода носить белые гепюровые рубашки. Наш завуч называл их "простреленными". Помню, как на утренней линейке, он выуживал из строя школьников в прострелянной одежде и отправлял домой переодеваться.

Продолжение следует...